* * *

Я замечу сегодня, что съёжился год.
Завтра розу куплю в прошлогодней газете.
Как запущенный сад, или брошенный кот,
Вспоминая, что детство пропало в корсете,

Вдруг пойму, что устал замечать эти дни.
Стану снова мечтать о каком-нибудь море.
Полоумной гирлянды качнутся огни
И застынут в нечаянно встреченном взоре.

Мне уже надоело глотать аспирин
И откладывать смерть под студёной капелью.
Я согреюсь от блеска московских витрин
И для всех постовых стану видимой целью.

Кто-то бросит ушанку, «ура» прокричав.
Я невольно поддамся чужому восторгу,
Чем нарушу свой внутренний строгий устав,
Подорожный устав от роддома до морга.

Снеговик, что просился вчера на ночлег,
Сам себя удивляет повадкой бродяги.
Я иду, приминая подтаявший снег,
Попивая коньяк бесконечный из фляги,

Упакованной снедью добротно шурша,
Я на зеркале чёрного влажного неба
Поскользнусь. Упаду. А пустая душа
Погремушкой играет из чёрствого хлеба.

Год окончился. Алес! Уже мандарин,
Разделённый на дольки, сквозь пальцы сочится.
Стеариновый ангел под ёлкой один.
Он растает под утро. Он с нами простится.

Содержание