* * *

Антонову
Я водочки возьму, Андрюша.
Такая, знаешь ли, тоска.
И у какой-нибудь старушки
Куплю антоновки. Пока

Метёт Москву неместный дворник,
И нам не страшен страшный суд,
Москва сольётся в тихий дворик.
Но скоро и его снесут.

Я к нищему. В моей ладони
Уже зажат его пятак.
Я знаю, что Господь припомнит
Всё то, что делал я не так.

У небосвода купол плоский.
Довольно холодно уже.
И птичьих криков отголоски,
И сонных веток неглиже.

Летящий с клёна лист алеет.
Куда, бедняга, ты летишь!
Закутавшись в свой шарф теплее,
Я снова захочу в Париж.

Там парижанки молодые.
Там праздника земная ось.
Что наши страсти роковые,
Надежда наша на авось?

Слегка похожий на еврея
Своей печалью вековой,
Я потихоньку матерею,
В дыму отчизны сам не свой.

Мигрень. Бессонница. Рутина.
Я к этому давно привык.
Со взглядом честного кретина
Не самый раздолбай мужик,

Я третий Рим махнул, не глядя,
На штоф зелёного вина.
Молчи, хрестоматийный дядя, –
Москва мамоне отдана.

Откуда это всё – простуда,
И страха липкий холодок,
Моя тоска? Да ниоткуда.
И в никуда. Кури, браток.

Содержание