* * *

А любви-то, впрочем, и не было,
Цацки разные да обнимания.
По пятам отчаянье следовало,
Пустота от несбывшихся чаяний.

Улыбайся. А я отмучился.
Я нашёл наслаждение высшее.
Я дождался бумажной участи –
Со стихами попробую выжить.

Это будет прощальная песня.
Я скажу несусветную глупость:
Если хочешь, мы сможем вместе
Пережить сердечную скупость.

* * *

Тихо меня растормоши, утро…
Может быть, эта усталость уже прошла,
Может быть, что-то встревожит мне душу?
Слушай! Ведь наша любовь – кораблик,
Пущенный слабой весенней рукой больного.
Ах, лазарет этот город.
В городе этом мы очень долго
И очень сильно любили друг друга,
Но бросились порознь каждый в свой омут.
Видишь, как эти дни уходят, уходят, уходят.
А мы так сильно любили друг друга.
Мой маленький город. Мой город огромный.
Я счастья у Бога просил. И только. Да ладно.
Метро «Парк культуры» и женщина рядом –
Какая-то дура. Не надо. Ах, взгляды косые,
Когда мы с тобою. Ты помнишь? Я помню!
Утро. От сна отойти. Подойти к сигарете.
Пускать сизый дым. У барной стойки
Бармен пожелает удачи, а я почитаю
Ему стихи. Нехорошо с головою.
Как так получилось?
Спрашивал дяденьку городового – он смотрел мимо.
Просто мы тонем в пустых разговорах.
Я отпиваю глоток коньяку. Целую твою сигарету.
Наши взгляды разбегаются как муравьи.
Над нами вечерний колышется нимб Москвы.